Поиск

Феномен стиля: Пина Бауш

Феномен стиля: Пина Бауш

В новой рубрике мы будем рассказывать об особенностях стиля культовых персонажей не из мира моды, но внешний вид которых можно и нужно рассматривать и изучать. И первая героиня – немецкий хореограф Пина Бауш

Текст: Катерина Милославская


27 июля весь мир праздновал день рождения Пины Бауш – культового хореографа, иконы современного танца и женщины, бесконечно вдохновляющей творцов – от режиссеров до композиторов. Её запросто можно назвать самым популярным хореографом ХХ века, но её образ и наследие уже давно вышли за рамки танцевального мира. Наследие Пины ярко читается во многих отраслях искусства, и мода – одна из них. 


Феномен стиля: Пина Бауш (фото 1)
Феномен стиля: Пина Бауш (фото 2)

Пина Бауш – уникальный персонаж в культуре. У неё практически нет ненавистников, что, в общем-то, редкость для человека творческого. Будучи титанической личностью современной хореографии, создательницей нового языка танца, она избежала ополченности против себя, преследующей людей, оставивших свой след в истории. Вместо этого она стала музой и влюбила в себя людей, которые имеют весьма опосредованное отношение к миру танца. Одним из них был режиссер Вим Вендерс. "Не знаю, что тогда произошло со мной. Я обнаружил себя, сидящим на краю стула и рыдающим как ребёнок. Я был полностью подчинён действу, разворачивающемуся на сцене, и ощущал, что стал свидетелем чего-то прекрасного", – писал он о её постановке "Кафе Мюллер", которую он увидел в 1985 году в Венеции и после которой бесповоротно влюбился в Пину и её творчество. Позже он создаст невероятно интимный и трогательный портрет Бауш в документальной картине "Пина".

Что покоряло в Пине Бауш зрителей и тех, кто далек от мира танца? Ведь сегодня её имя известно далеко за пределами театров, а уникальный стиль вдохновляет художников по всему миру. Да, её заслуги в мире танца можно перечислять бесконечно: она создала первые танцевальные оперы ("Орфей и Эвридика", 1975 год), имплементировала в свои произведения популярную музыку ('I'll do you in', 1974 год) и народные песнопения ('Come dance with me', 1977 год), а в 1975 году поставила то, что с тех пор стало её знаковой работой – "Весну священную" Игоря Стравинского в новой редакции. Что удивительно, сделала она это лишь на второй год своей работы в качестве хореографа (а для большинства это произведение Стравинского становится "Эверестом" в карьере, покорить который удается далеко не всем). Как и большинство талантливых визионеров, Пина многое воспринимала комплексно, поэтому визуальная эстетика для неё была неотделима от смыслового наполнения, а наполнение – неотделимо от технической части. 

Исходя из этого особенного внимания заслуживает визуальное обрамление её спектаклей. Максимально простое, лаконичное, обнажающее, оно не пародировало жизнь (как это чаще всего случается с театральными костюмами) – оно переносило её на сцену. Бауш черпала вдохновение на улицах: костюмы Tanztheater интересны тем, что они представляют танцоров как обычных людей – в платьях, костюмах и повседневной обуви, в отличие от исполнителей в традиционных трико и балетных туфлях. Одежду для выступлений придумывала Мариан Сито, которая взяла на себя эту роль в 1980 году. За время многолетнего сотрудничества Сито и Бауш начали говорить на одном эстетическом языке. Костюмы, которые выражали подход Бауш к театру танца, требовали гибкости – как с точки зрения легкости движений, так и широты интерпретации. Одна из её танцовщиц – Джули Энн Станзак – вспоминала: "Её исследование человека, его потребностей, его радостей и печалей, стремлений и желаний, того, что мы не всегда можем коснуться, но могли бы воспроизвести в движении или песне, было одним из определяющих аспектов её творчества". Для Бауш одежда, которую носили её танцовщицы, играла гораздо более символическую роль, чем просто ткань на теле: она говорила и воплощала человеческие желания, глубоко укоренившиеся гендерные нормы и тайны нашего подсознания.

В той же самой "Весне священной" не последнюю роль играли костюмы и антураж. Пина нарядила танцовщиков в тонкие полупрозрачные туники, усыпала сцену торфом и буквально довела артистов до физического изнеможения – даже на видеозаписи можно заметить капельки пота, разлетающиеся от разгоряченных тел и смешивающиеся с землей. "Спектакль на музыку Игоря Стравинского заложил основы для дальнейшего развития той формы танцевального спектакля, в которой движение рождается из внутреннего ощущения, а форма композиции определяется взаимодействием танца со сценографией. Главный внешний приём в "Весне" – сцена, полностью покрытая слоем земли. Танцовщицы, в телесного цвета полупрозрачных платьях на тончайших бретельках, по очереди появляются на сцене, медленным шагом ощупывая землю босыми ступнями. Постепенно темп движения нарастает, танцовщицы исполняют небольшие танцевальные комбинации – пластические лейтмотивы, которые будут разрабатываться на протяжении всего спектакля", –писала исследователь и историк современного танца Анастасия Глухова для Гёте института.

Такое мироощущение не могло не отразиться на том, как выглядела она сама. Кажется, она была бесконечно обнажена – самые простые ткани, волосы, завязанные в низкий пучок, "голое" лицо, брюки или пальто, не сковывающие движений. Аскетизм, доведенный до совершенства, раскрывал Пину как автора, художника, исследователя, одержимого человеческими эмоциями. Такой стиль –интеллектуальный архитектурный минимализм со слип-платьями, широкими пиджаками, мягкими бесформенными брюками-кюлотами, рубашками и кардиганами – невероятно популярен сегодня, но корни его, возможно, заложила именно Пина, сама того не желая. Для неё было важно, чтобы одежда служила телу и не скрывала ни малейшего движения. Сегодня мы интуитивно тянемся к этой эстетике, желая освободиться от наносного, чрезмерного и гипертрофированного. 

Её образ – чрезвычайно кинематографичный – любили Феллини, Альмодовар, Вендерс и один из главных эстетов современного кинематографа – Лука Гуаданиньо. Феллини снимал её в своём фильме "И корабль плывет", Альмодовар делал реверанс её постановке "Кафе "Мюллер" в картине "Поговори со мной". В ремейке "Суспирии" образ Матери, Мадам Бланк, которую исполнила Тильда Суинтон, точно списан с образа Пины Бауш. Голое лицо, собранные в пучок седые волосы, свободные однотонные туники, а также сама атмосфера немецкого театра – всё говорит о Пине. Даже сцена с танцем Volk отчетливо напоминает "Весну священную". 

Феномен стиля: Пина Бауш (фото 6)

Феномен стиля: Пина Бауш (фото 7)

Невозможно представить Пину Бауш без сигареты – она курила бесконечно много всю свою жизнь. На некоторых архивных видеозаписях видно, как она закуривала одну сигарету за другой прямо на репетициях. Она никогда не жаловалась на здоровье, но в возрасте 68 лет ей неожиданно становится плохо, врачи диагностируют рак легких, и она умирает через пять дней после этого. 

Казалось бы, Пина – идеальный "поп-культурный" герой для мира моды. Но к удивлению, отсылки к её творчеству и работам можно найти совсем у немногих дизайнеров. Так, в 1994 году Миучча Прада создала в сотрудничестве с Пиной Бауш сумочку – её до сих пор можно найти на ресейл-платформах всего за 300 долларов. В 1998 году Йоджи Ямамото сделал показ, сценография которого напоминала "Весну священную" в редакции Бауш. Отдаленные отсылки и референсы к её творчеству (впрочем, как и к творчеству Марты Грэм) можно найти в коллекции Dior, посвященной современному балету. Но назвать это отдельным оммажем Пине язык не повернется. С другой стороны, это означает, что фигура немецкого хореографа ещё только будет открываться массовой популярной культуре – ведь феномен её стиля неоспорим, а моде, кино и другим жанрам искусства всегда нужны четкие ориентиры и источники вдохновения. 

Оставьте комментарий

Больше