Поиск

Критик моды Хилари Александр о съемке на Байконуре и журналистике до интернета

Критик моды Хилари Александр о съемке на Байконуре и журналистике до интернета

Текст: Катерина Милославская


Фото: Нуртас Сисекенов

Хилари Александр – одна из самых известных британских критиков моды, офицер Ордена Британской империи, постоянный автор Daily Telegraph в прошлом и просто одна из самых приятных людей, которых вам доведётся встретить в мире моды. Недавно Хилари по приглашению Mercedez-Benz Fashion Week Almaty посетила Алматы и заодно рассказала нам, почему она организовывает благотворительные показы, что ей нравится в молодых дизайнерах и что она делала на Байконуре в 2005 году. 

Чем вы занимаетесь сейчас, после ухода с Daily Telegraph?

О, у меня много занятий. Я курирую коллекции выпускников модных университетов, пишу для Hello Fashion Monthly, занимаюсь благотворительностью, недавно написала книгу, посвященную моему любимому принту – леопардовому. А вообще, я очень рада, что с фрилансом стало больше возможностей распределять своё время правильно. Например, мне очень важно заниматься благотворительностью. Я делаю показы с животными и называю их dogwalk, одежду для них создают британские дизайнеры – Vivienne Westwood, Richard Quinn, Jonathan Anderson. Делала бы и с кошками, но они, к сожалению, не так послушны (смеется).

hillary_alexander

Мода по-прежнему остается важной составляющей вашей жизни. И сейчас она переживает тектонические изменения – скорость производства увеличивается, соцсети стали ключевым способом коммуникации... Вы начинали работать, когда всего этого не было. Что вам нравится и не нравится в происходящем? 

Думаю, мне, как и многим, не нравится эта дизайнерская чехарда, когда ты уже не можешь запомнить, кто куда перешел. Крупные модные дома сами не понимают, насколько сильно это ударяет по их индивидуальности, ведь каждый старается делать что-то своё, пусть и вдохновляясь архивами. Их историческое наследие размывается, особенностей становится всё меньше. Поэтому мне очень нравится британская мода: Richard Quinn похож на Richard Quinn, Simone Rocha – на Simone Rocha. Конечно, это отличный пиар-ход, который работает на дополнительное упоминание бренда в прессе. И это, с другой стороны, помогает продавать больше сумок, очков, кошельков и парфюма. Я не говорю, что эта ситуация применима ко всем брендам, но к большим – в частности. Возможно, это именно то, что им нужно. Но сама мода, в первоначальном её значении, остается за бортом. 

А что вы думаете насчет недавних переходов и новых назначений? 

Я очень ждала первую коллекцию Рикардо Тиши для Burberry, и она стала для меня откровенным сюрпризом. После того, что он делал в Givenchy, от него как минимум ждешь фейерверков на подиуме. Но коллекция была очень прямолинейной, понятной и носибельной. Возможно, это было требованием руководства – создать одежду, которую люди действительно будут покупать и носить. Чтобы не было скандалов со сжиганием остатков. Они не хотят продавать эти вещи дешевле, но хотят сделать их более понятными. В этом есть своё рациональное зерно. Но стоит для этого нанимать такой талант, как Рикардо Тиши?

hillary_alexander

Вы сейчас больше не пишете критических обзоров?

Нет. 

А нужна ли модная критика дизайнерам сейчас? Ведь она теряется в информационном шуме... 

Я думаю, сейчас она нужна им больше, чем когда-либо. Вы правильно заговорили об информационном шуме – благодаря соцсетям отыскать честный отзыв всё сложнее, потому что лидеры мнений и инфлюенсеры вряд ли напишут правду. Ведь бренды приглашают их на показы, дарят одежду. А трезвый взгляд со стороны нужен всегда. Сейчас осталось не так много настоящих критиков. Например, Сюзи Менкес "жгла глаголом", когда работала на International Herald Tribune Magazine, но после перехода в Vogue International её отзывы стали менее острыми. 

Это был мой следующий вопрос. Как написать честную рецензию, если этот бренд – ваш рекламодатель? 

Вы знаете, я никогда не писала полностью разгромных отзывов. Потому что я прекрасно понимаю, какая работа стояла за этой коллекцией – шесть месяцев труда дизайнера и его команды. Возможно, эта одежда не понравилась мне, но обязательно понравится кому-то другому, ведь внешний вид – вещь очень субъективная. Поэтому, даже если я даю строгий, критический отзыв, я всегда стараюсь найти хоть что-то хорошее – цвета, формы, если совсем всё плохо – локация и шоу... Но если коллекция настолько плоха, что просто нет слов, то лучше ничего не писать. В мире и так достаточно плохого. Возможно, в каком-то смысле, New York Times и Daily Telegraph были более объективны в плане отзывов. 

hillary_alexander

Расскажите, как раньше вы писали рецензии? Во времена до интернета?

О, это было забавно. Помню, на своё первое шоу в Париже я поехала в 1986 году. Со мной был фотограф, которому пришлось превратить свою ванную в dark room для проявки фотографий. Процесс отбора фото происходил так: если мы видели, что на фотографии у модели видны зубы (на негативе они подсвечивались черным цветом), то, вероятно, модель улыбалась, у нее было приветливое выражение лица, а, значит, и фото было удачным. Не всегда удавалось угадать, конечно. 

После написания рецензии я звонила в Йоркшир (шесть часов утра, на минуточку), где на другом конце провода сидела девушка, которая записывала мой текст. Всё было хорошо ровно до того момента, когда возникала потребность записывать имена дизайнеров. Их я надиктовывала по буквам. Например, Yamamoto – Y for yellow, A for apple, M for mother... Кошмар начинался с бельгийцами – Ann Demeulemeester и Walter Van Beirendonck, например. 

Потом нам подарили первые компьютеры, и стало немного легче. До сих пор помню, как мы отдирали ковры в гостиничном номере, чтобы добраться до телефонного шнура. А скорость передачи была "фантастической". И часто случалось так, что передача фотографий могла прерваться на 97%! Поэтому то, что происходит сейчас, мне нравится гораздо больше. 

А расскажите о ваших самых любимых показах и дизайнерах.

Трудно вспомнить всё. Наверняка, одним из них будет показ Гальяно для Dior, тот, который был на Аустерлицком вокзале. Гальяно раздобыл старинный поезд, работающий на пару, и перед ним вышагивали Линда Евангелиста, Наоми Кэмпбелл и Клаудиа Шиффер. Потом, я навсегда запомнила показы Маккуина, например, его последний – Atlantis. Или тот, где модель Шалом Харлоу вращалась на подиуме, а два робота обрызгивали её краской, создавая уникальный рисунок. Из любимых дизайнеров – Дрис ван Нотен, конечно. Обожаю его ткани. Помню, как он рассказывал мне забавную историю. Чтобы достать какой-то особенный шелк, он сделал заказ в Узбекистан, что не так далеко отсюда. И чтобы передать его в DHL или Fedex, поставщики почти два дня везли его на ослах до ближайшего населенного пункта с этими сервисами. Чудесная история! Люблю Simone Rocha, Richard Quinn, John Galliano. Но почти не покупаю дизайнерские вещи. 

hillary_alexander

Почему? 

Они очень дорогие. И потом, чтобы любить моду, совсем необязательно скупать всю одежду, которую ты видишь на подиуме. Я очень люблю красивые вещи, обожаю смотреть показы, делать исследования. И ведь когда вы приходите в галерею, вы же не обязаны покупать все эти произведения искусства? Так и с модой. Я наслаждаюсь самим процессом, например, очень люблю смотреть коллекции молодых дизайнеров. В них столько драйва и запала. Да и некоторые вещи я бы просто не смогла носить, они созданы для того, чтобы любоваться ими. 

И последний вопрос: вы говорили, что вы в Алматы уже второй раз. А когда вы побывали здесь впервые? 

О, это было в 2005 году. Тогда я узнала, что в Казахстане есть космическая база и на ней планируется запуск ракеты. Именно в тот сезон очень много дизайнеров сделали массу вещей, вдохновленных футуризмом, новыми технологиями и прочим подобным. Например, у Comme des Garçons было много вещей белого и серебряного цвета, и мне очень хотелось снять их на фоне ракетного запуска. Я связалась с министерством туризма Казахстана, и мне дали разрешение на съемку. Мы привезли модель, фотографа, множество красивых вещей – помню, это были фантастические шляпы от Филиппа Трейси и плащи от Рей Кавакубо. Поездка до Байконура от Алматы заняла целый день, но, примерно за километр до самого центра запуска, мы обнаружили ограждения и толпы людей, которые отказались нас пускать туда. Как оказалось, Владимир Путин решил посмотреть именно этот запуск и находился в тот момент там! До сих пор помню, как я умоляла пустить нас на территорию хотя бы на 20 минут, чтобы сделать фото на фоне космического музея и статуи Юрия Гагарина. Но нет, всё было тщетно. Нас не пустили. До сих пор жалею об этой съемке. Но тогда мы отправились на Чарынский каньон и в город Кызылорда, где сделали несколько замечательных фото на фоне голубых мечетей. Тяжелая была поездка, но фотографии того стоили. 

 

Больше