Поиск

Катя Федорова: \"Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос\"

Катя Федорова: "Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос"

Текст: Катерина Милославская


Фото: Марина Карпыкова

В прошлые выходные Esentai Mall совместно с Центром документального кино показывал алматинцам картину "Холстон" – документальный фильм о жизни одного из самых известных американских дизайнеров Роя Холстона, чье имя сейчас полузабыто. Представлять фильм в Алматы приехала Катя Федорова – создатель телеграм-канала 'Good morning, Karl' и одна из самых известных модных журналистов России. Мы поговорили с Катей о социальных трендах в модном глянце, радикализированности общества, развитии модной индустрии в России и о том, как мода выходит за свои рамки и превращается в политику и поп-культуру.

Тебе не кажется, что мода сейчас вышла за рамки круга людей, которые её потребляют, и стала интересна массам? Есть ли в этом заслуга Телеграма?

Я думаю, что это явление связано не с Телеграмом, а с самим появлением интернета, где каждый может найти всё. В 2000 году открылся Style.com, затем Инстаграм, и в итоге все начали делать показы так, чтобы как можно больше людей увидело их в Инстаграме. Взять даже недавнее шоу Versace с Дженнифер Лопес. На показе было 62 образа, но 61 из них можно было даже не делать, потому что их никто не вспомнит. Не знаю как у вас, но я не могла никуда деться от Джей Ло на следующий день – о ней писали все, даже издания и люди, которые никак не связаны с модой. Мода вышла за рамки моды и стала поп-культурой.

Я вижу, как это происходит в России, но в Казахстане мода до сих пор ассоциируется с узким кругом, который может себе это позволить.

Ну, подождите, у вас же есть H&M и другой масс-маркет? Разве это не мода?

В Казахстане мода чаще приравнивается к люксу.

Почему? Модно одеться можно в винтажном магазине, в гардеробе у мамы, в том же самом масс-маркете. Модный человек далеко не тот, кто с ног до головы одет в Dolce&Gabbana. Люкс напрямую связан со стоимостью, но не с модой. Поэтому он не может стать доступнее. Ну, не может сумка Hermès, которую команда ремесленников создает в течение нескольких недель, стоить дешево.

Катя Федорова: "Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос" (фото 1)

А кажется тебе логичной коллаборация того же самого Hermès со скейтбордистами? Буквально год или полтора назад они выпустили лонгборд и сняли в своём видео скейтбордистов – ту самую бедную бунтующую молодежь.

Знаешь, эта молодежь уже не такая. Они могут быть с ног до головы в недорогом скейтерском шмоте, но при этом накопить на Balenciaga Triple S, потому что они им нравятся, потому что они для них важны как часть образа, как статус. Так и во всём мире происходит. Ты можешь одеваться в масс-маркете или секондах, но раз в два года позволить себе сумку Chanel. Нет такого разделения – или всё, или ничего.

И всё же в медиа чаще освещают большие бренды.

Потому что они задают тренды, которые потом всё равно подчистую копирует масс-маркет. Хотя, я сейчас уже не верю в тренды. Интернет всё настолько демократизировал, что нет уже никаких правил. Это у нас раньше было два сезона, а сейчас каждый день выходит капсула, дроп. Нет такого: "В этом сезоне мы носим кружево". Сейчас, скорее, идет тренд отдельных вещей: в этом сезоне все гоняются за узкими очками, в следующем – за сумкой-пельменем от Bottega Veneta. Но даже этих трендов хватает максимум на три недели, что мне кажется бредом, ведь та же самая сумка Bottega Veneta стоит 1500 евро. Сейчас могу сказать за себя: я уже стараюсь максимально избегать брендовых вещей. Даже сумки я ищу такие, на которых нет логотипа.

Ты ещё говорила, что в этом году и показы недели моды смотреть не хотелось.

Да. Потому что мне кажется, что неделя моды не кончается. Каждый день на тебя валится поток новостей о том, как кто-то выпустил новую коллаборацию или создал новые кроссовки. Также не осталось показов, которые трогают тебя на эмоциональном уровне – все будто бы создают какие-то универсальные наборы пальто, за которыми нет истории. Единственным исключением стала лондонская неделя моды, где есть какое-то самовыражение, творчество. Недавно я пересматривала старые показы Alexander McQueen, и они пробирают до слёз. Сейчас такого не осталось. Да, есть красивая сценография, как на показе Balenciaga, но она не трогает на эмоциональном уровне.

Катя Федорова: "Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос" (фото 2)

Наверное, это не только твоя проблема. Сейчас на передовицах всех изданий – новости о Меган Маркл и семье Кардашьян, но не сама одежда.

Опять же, это происходит из-за слишком большого потока информации. Нормальные люди, которые никак не связаны с модой, не будут смотреть восемьсот показов каждого сезона и уж тем более не будут отслеживать все дропы. И в этом потоке новостей им нужны какие-то ориентиры, маяки, на которые можно оглядываться. Тем более что образы Меган Маркл очень жизненные – в них можно и в школу за детьми, и на ланч. Её персона продает.

Тут возникает вопрос: что делать совсем молодым брендам, которые не имеют в своём арсенале таких мощностей?

Им сейчас даже легче, чем раньше. Кончился догмат глянца. Раньше, чтобы о тебе узнали, надо было быть напечатанным в Vogue – искать обходные пути, знакомиться с нужными людьми. Сейчас хватит Инстаграма, чтобы о тебе узнали. Единственное условие: то, что ты делаешь, должно быть действительно крутым. Вирусный ролик, фотки – такое может разойтись по сети за один день. Другой вопрос в том, что бренд хочет делать дальше: оставаться нишевым, мелким, работать со своей аудиторией, либо становиться массовым. Тут стратегии будут разными.

К слову, недавно вы запустили своё агентство Superkiosk, которое консультирует бренды. Расскажите о нём поподробнее.

Трудно описать, чем мы конкретно занимаемся – скорее, помогаем рассказывать истории брендам, которые нам симпатичны. Мы придумываем коллаборации, рекламные кампании, помогаем найти героев, немного занимаемся маркетингом, иногда добавляется пиар – хотя я считаю, что пиар в моде сейчас уже не существует. Государственный, корпоративный – да, но рассылка пресс-релизов о выходе новой коллекции – это так не работает.

Это всё российские бренды?

Да, и мне нравится, что сейчас в России существуют бренды, которые представляют собой реальный зарабатывающий бизнес. Когда я только вернулась из Америки в Россию, многие открывали бренды "для себя", считали, что вот сейчас проведем показ, к нам приедут зарубежные байеры, и заживем. Сейчас ситуация поменялась. Те же Ushatava, 12storeez – это не какой-то экстравагантный новаторский дизайн, но качественная одежда, которую хочется покупать. Сейчас мы работаем с ювелирной маркой Avgvst, которая активно растет и развивается – сейчас у неё уже есть три самостоятельных магазина, и это очень круто. И все эти предприниматели всё сделали сами, им не помогало государство.

Катя Федорова: "Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос" (фото 3)

Я с интересом наблюдаю за этим и пытаюсь примерить эту ситуацию на казахстанскую индустрию. Например, у нас – острая проблема с производством. Есть ли такое в России?

С производством – уже нет. Сейчас при желании можно найти производство любых масштабов – в Беларуси, в Китае, в самой России открывается много фабрик. Проблема в другом. Если вспомнить историю крупных домов моды, можно заметить одну вещь: у Ива Сен-Лорана был Пьер Берже, у Марка Джейкобса – Роберт Даффи. За редкими исключениями, человек обладал настоящим талантом и бизнес-чутьем. У нас же чаще всего получается так, что один человек занимается всем – дизайном, бухгалтерией, продажами, закупами и чем только не... Это не приводит ни к чему хорошему. Второе наблюдение: в модный бизнес никто не хочет инвестировать. Модная индустрия в принципе не ведет к быстрому обогащению. А для того, чтобы отшить коллекцию из нормальной ткани, отличного качества и вовремя, нужны большие и долгосрочные вложения. Если байер из Selfridges заказывает коллекцию и не получает её в срок, дорога такому дизайнеру в Selfridges заказана.

Я считаю, что в России до сих пор нет индустрии моды по двум причинам. Первая – люди не понимают, почему стоит покупать вещи именно российского дизайнера. То есть, они приходят в условный ЦУМ, видят, что Vika Gazinskaya или WOS стоит столько же, сколько и Dolce&Gabbana, и решают купить "дольче", потому что это же "заграничное". Это советское наследие, что всё "заграничное" – круче. Если джинсы – то из Америки, если духи – то обязательно французские. Вторая проблема – нежелание государства помогать этим же дизайнерам настроить бизнес-процессы.

А давай вернемся к медиа. Что тебе в них нравится и не нравится? Конкретно российские.

Это очень широкий вопрос. Если говорить про рынок печатной продукции, он находится в глубочайшем кризисе – множество изданий закрылось за последний год, команды сокращаются, шеф-редактор мужского журнала GQ также выпускает журнал Vogue – как это можно делать, я не могу понять. С сайтами тоже сложная история. Либо ты гонишься за трафиком, либо сидишь без денег. А мы все знаем, что генерирует трафик – это сплетни, разводы, интриги, расследования, сиськи, истории про Ким Кардашьян. Но тогда уже проще честно "переобуться" в журнал "Жара". Есть и крутые проекты – такие как сайт The Blueprint, Esquire, Wonderzine. Насчет Blueprint я могу быть немного необъективной, так как я там работала, но я до сих пор искренне считаю, что ребята делают лучший медиа-продукт в России. Но если говорить честно, сейчас мне интереснее всего то, что происходит с так называемыми "личными медиа" – инстаграмами, телеграмами. Некоторые телеграм-каналы уже превратились в полноценные медиа, которые ведет команда из нескольких человек. Многие жалуются, что, мол, они часто бывают необъективными. Но, на секундочку – глянец не бывает объективным! А в таких личных каналах ты хотя бы видишь чьё-то живое мнение. И мне важно его узнать. Потому что когда сайты под копирку выпускают новость про новое платье Кейт Миддлтон – это не нормально. И если бы они хотя бы по-разному новость подавали. Делали мемы, делали аналитику, сравнивали. Но все просто перепечатывают одно и то же.

Сейчас российские медиа, в том числе глянцевые, активно реагируют на социальную и политическую повестку. А как ты относишься к тому, что, например, "Татлер" перепечатывает расследования Ивана Голунова? Нет ли для тебя в этом противоречия?

"Татлер" – вообще мой любимый журнал сейчас, и я очень их уважаю за то, что они одни из первых поддержали акцию в защиту Ивана Голунова и опубликовали его материал у себя на сайте. Просто мы все читаем медиа не для того, чтобы узнать про 457 новых юбок сезона. Есть темы, которые волнуют нас сейчас, и мы хотим читать об этом. На том же самом американском Vogue повестка наполовину состоит из политических обзоров: выборы, экология, события международной политики.

Катя Федорова: "Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос" (фото 4)

С Vogue всё понятно. Анна Винтур поддерживает демократическую партию США и вообще выступает консультантом Хиллари Клинтон. Но в той же России ситуация другая. Например, герой "Татлера" – человек во власти, против которой выступает Голунов.

Знаешь, Россия тоже меняется. Люди пойдут на тот сайт, который будет освещать подобные темы. С другой стороны, все социальные вопросы стали настолько обсуждаемыми, что мне иногда кажется, что случаются перегибы. Я всеми руками за равноправие, разнообразие, но общество сейчас настолько радикализировано, что за любое неосторожное слово могут полететь головы. Это неправильно. Если посмотреть коллекции того же самого Сен-Лорана, можно увидеть, что всё это – культурная апроприация, и сейчас его просто сожгли бы на костре. Но я надеюсь, что это лишь острый переходный период, который неизбежен в случае больших перемен.

Мы сами обсуждали спорный вопрос по поводу того, что Голунов написал расследование о московских кладбищах, где мог фигурировать супруг Виктории Шеляговой – похоронный магнат. А материал опубликовал "Татлер". Но потом выяснилось, что всё-таки человек не имеет отношения к этой истории.

А вообще, ты считаешь, что медиа могут играть за две команды?

Мы стали забывать о том, что не бывает только черного и белого – всё-таки между ними гораздо больше оттенков, чем нам хотелось бы. И задача любой прессы, неважно, глянцевой или нет, постараться сохранить нейтральное отношение, дать возможность высказаться двум сторонам. Медиа должны освещать ситуацию, дают ли они ей оценку – другой вопрос.

Мы как раз говорили про мнение, и у того же Vogue.com оно есть. Например, они фактически хейтят Меланию Трамп, что мне не всегда кажется справедливым.

Потому что они очень хорошо знают свою аудиторию. Но мне кажется, вопрос с мнением и оценкой – всегда очень спорный, зависящий от определенной ситуации.

А как ты сама, как фактический владелец медиа, решаешь вопрос с оценкой и мнением?

Я изначально вела канал от своего имени, поэтому у меня всегда возникают вопросы с рекламой. Намного проще брать рекламу, когда ты бренд – Vogue, Elle и т.д. Ко мне обращается много таких брендов, которые я бы не стала рекомендовать от собственного имени. И именно из-за того, что я живой человек, который стоит за этим каналом, я могу принимать стороны. Я в принципе завела его, чтобы высказывать своё мнение: если я хочу написать, что показ Dior был плохой, я это напишу, и мне плевать, даст мне бренд рекламу или нет. И также я буду писать про Голунова и политзаключенных, потому что это часть нашей жизни в Москве, и есть люди, которые, возможно, обо всём этом ещё не знают. Лично для меня это важно.

 

 

 

 

 

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий