Поиск

Страна, которая смеется. Как комедия стала самым популярным жанром казахстанского кино?

Кинокритик Карим Кадырбаев рассуждает, как комедийный жанр стал панацеей для казахстанского зрителя, уставшего от драм

Текст: Карим Кадырбаев


Последние 2–3 года внутри казахстанской киношной тусовки ходят разговоры о том, что, дескать, устает наш зритель от комедии и пора осваивать новые жанры. Тем не менее все домыслы разбиваются о суровую реальность и тот факт, что локальное кино более или менее живо за счет комедий. Исключительно. 

Почему именно комедия стала самым популярным жанром в нашей стране? К примеру, в России самыми кассовыми проектами 2017 года стали фэнтези «Последний богатырь», фантастическая мелодрама «Притяжение» и две космические истории, основанные на реальных фактах, – «Время первых» и «Салют-7», на пятки им наступает околофэнтезийная «Легенда о Коловрате», а в Узбекистане уже довольно долгое время существует культ мелодрамы, по своей эстетике близкой к индийскому кино. Казахстан находится где-то посередине. Перед отечественными киношниками задачи «переголливудить Голливуд» в зрелищности проектов никто не ставит, на то нет никаких ресурсов – ни финансовых, ни профессиональных, ни зрительских (не набирается у нас критическая масса посетителей кинотеатров, способных окупить масштабное кино). Мелодрама успешно обосновалась на телевидении, а на больших экранах хотя и мелькают периодически драмы, боевики и триллеры, но запоминаются в основном комедии.

На мой взгляд, вызвано это, в первую очередь, социально-экономическими и политическими факторами. Психологически казахстанский зритель стагнирует в застойно-депрессивном настроении. Большинство комментариев на новостных ресурсах и в социальных сетях сводятся к одному доводу – жизнь и так тяжелая, снимайте что-нибудь позитивное. Кинематограф как сфера обслуживающая дает «позитивное» комедийное кино.

Страна, которая смеется. Как комедия стала самым популярным жанром казахстанского кино? (фото 1)

Казахстанская комедия не стоит на месте и меняется из года в год. Если три года назад внутри жанра была популярна тема внутренней миграции (кино про то, как из города кто-то перемещается в аул, а из аула – в город), в прошлом году – вопрос семейного обустройства (возникший субжанр – той-комедия), то уходящий год отметился новым трендом. В основе последних успешных комедий непременно лежит сказочный или фантастический элемент. Осознанно или нет, но казахстанские кинематографисты переняли моду на сказочный постмодернизм, на котором зиждется голливудский мейнстрим. К примеру, картина Ернара Нургалиева «Брат или брак» долгое время оставалась необъяснимым феноменом и для кинематографистов, и для зрителей. Не самая выдающаяся с точки зрения драматургии, довольно неровная по юмору и крайне неоднозначная по посылу комедия внезапно порвала кассы кинотеатров и зашла на девятую неделю проката (в стране, где даже самый прокаченный по всем статьям голливудский блокбастер дольше четырех недель в прокате не живет). Однако если посмотреть на фильм под другим углом, то мы увидим постмодернистскую локализованную версию сказки «Белоснежка и семь гномов». Вместо злой королевы здесь семейные традиции, а вместо гномов – пятеро разнохарактерных братьев, которые полностью отвлекают зрительское внимание от центральной любовной линии. Здесь даже принц постмодернистски карикатурен. Секс-символ казахстанского телевидения Тауекел Мусилим в первой же сцене появляется верхом на коне и в течение всей картины не расстается с условной «короной» (формой пилота). И, естественно, как и в любой постмодернистской сказке (вспомните «Шрека» или «Холодное сердце»), принц остается ни с чем, а принцесса выбирает простолюдина с золотым сердцем, невзрачной внешностью и очень специфическим чувством юмора.

Страна, которая смеется. Как комедия стала самым популярным жанром казахстанского кино? (фото 2)

Выходящая в прокат романтическая комедия «5 причин не влюбиться в казаха» Аскара Узабаева и Асель Садвакасовой уже не просто опирается на костыли «диснеевского» постмодернизма, а напрямую цитирует вновь ставшую актуальной в этом году (благодаря киноверсии) классическую сказку «Красавица и Чудовище». Впрочем, тут не обойтись без спойлеров, а это будет неуважительно по отношению к авторам фильма и будущим зрителям. Но, говоря о тандеме Узабаева и Садвакасовой, нельзя не вспомнить и довольно успешную первую совместную работу, вышедшую в феврале этого года, «Келинка тоже человек», в которой присутствует пусть и избитый, но все еще действенный фантастический прием – обмен телами. По сюжету свекровь и невестка перемещаются в тела друг друга благодаря магическому чайнику и все оставшееся время пытаются вернуться обратно. Что это, если не еще одна сказка, проникшая в казахстанскую комедию?

Впрочем, далеко не всегда магические элементы работают на руку отечественным кинематографистам. Зачастую это происходит в тех случаях, когда постановщики в меньшей степени опираются на сказочный элемент, стараясь дать больше комедии. Так, например, вся история с магическими браслетами в альманахе «Наурыз.кз» Аскара Бисембина очень быстро вылетела из основного сюжета, а саму картину крайне прохладно приняли зрители. Не продуман был и фантастический мир, населенный женщинами, в комедии Виктора Бормотова «Все из-за мужиков», и в итоге получилась довольно скомканная и слабая во всех отношениях картина.

Страна, которая смеется. Как комедия стала самым популярным жанром казахстанского кино? (фото 3)

Магия не терпит шуток. Вспомните, что стало с «Елками», шестая часть которых стартует на этой неделе в прокате СНГ. В первых двух сериях авторы очень старались дать зрителю магию новогоднего праздника, а, начиная с третьей серии, волшебство исчезло и началось банальное зашибание бабла на бренде. Именно поэтому «Дисней» крайне осторожно относится к сиквелам своих сказок и мультфильмов. Сказка работает один, максимум два раза. Впрочем, едва ли стоит питать иллюзии относительно того, что сказка надолго поселилась в казахстанской комедии. В следующем году появится новый тренд: герои казахстанских комедий будут путешествовать в Америку и Таиланд, на смену кавээнщикам придут вайнеры, кто-нибудь снимет еще что-нибудь «...по-казахски». Казахстанские зрители будут ходить на отечественные комедии до тех пор, пока что-нибудь не поменяется в их головах и стране, а это невозможно без социальных, экономических и политических изменений. Поэтому продюсеры казахстанских комедий должны быть благодарны нынешней эпохе, как в свое время, Рязанов и Гайдай – брежневской эпохе застоя. Еще посмеемся. 

Больше