Поиск

Почему мы любим триллеры?

Мнение психолога, философа, кинокритика и режиссера

Текст: Илья Юн


С точки зрения здравого смысла обычный человек не должен любить триллер. Убийцы, маньяки и сумасшедшие маргиналы – общество относится к ним с презрением. В кино же за этими антигероями наблюдать порой интереснее, чем за главным протагонистом. В реальном мире процесс убийства – это физический и психологический ужас, на экране же он многих завораживает. Почему? Что заставляет нас возвращаться к этому жанру? С научной точки зрения, во время сильных эмоциональных переживаний наш мозг выделяет такие мощные нейротрансмиттеры, как дофамин и окситоцин (отвечающие за ощущения счастья, страха и ужаса). Именно они позволяют нам ощущать чувство удовлетворения, они отвечают за "систему вознаграждений" в мозгу. Но это – только часть полной картины. Чтобы раскрыть вопрос полностью, редакция Buro 24/7 выяснила мнение четырех экспертов: психолога, философа, кинокритика и режиссера.

thrillers

Олег Борецкий – кинокритик, философ

Сейчас этот жанр даже более актуален и интересен в кино. Потому что кино традиционное, которое было 30, 40, 50 лет назад, оно немного монотонное. Зрителю нужна интрига, он заинтересован в том, чтобы его постоянно держали в напряжении. А определение триллера – это как раз и есть "держать человека в напряжении". Последний успех оскароносного фильма "Прочь" доказывает, что даже для академии, которая редко берет во внимание массовые жанровые фильмы, триллер остается актуальным. Часто триллер переплетается в сюжетах с фильмами ужасов, эротикой, детективом. И, если смотреть на это с точки зрения психологии, – это попытка нагнетания страха, как ожидания зла (в философском определении страх – это ожидание зла). С одной стороны – это нормальная, естественная реакция человека. Испытывать страх – инстинкт самосохранения. С другой стороны – обществом это осуждается, как трусость или нечто недостойное. Есть и третий интересный нюанс, страх – это страсть, которую человек хочет испытать. Не будь этой потребности, никогда бы не появились культура апокалипсиса, все страшилки и ужасы. Эта потребность возникает потому, что человеку нужна элементарная встряска, которая выведет его из психологического комфорта, из зоны комфорта. С другой стороны, есть интеллектуальный зритель. Когда он смотрит детектив или триллер, у него включается рациональный момент логики. Учитывая опасность и притягательность персонажа, того же самого маньяка, зритель старается понять его логику, угадать его действия, подготовить себя к тому, чтобы не стать жертвой, и так далее. Как триллер, так и детектив – популярные жанры, в них все вращается вокруг смерти, убийств, расследования, загадок и головоломок. Эти вещи имеют логическую и психологическую привлекательность.

В каждом конкретном случае увлечение чем-то чрезмерно может переходить в крайность, быть уже психологическим, а дальше – психическим расстройством. Но всегда есть момент, особенно в подростковом возрасте, подражания. Всегда есть какое-то неосознанное, поверхностное перенимание каких-то качеств отрицательного персонажа, какой-то его "крутости" и прочее. Но это не говорит о психических расстройствах. 

Совет эксперта: "Психо", "Старикам тут не место", "Молчание ягнят", "Игра", "Семь", "Бойцовский клуб".

thrillers

Алексей Зеленский, философ

Здесь стоит поставить вопрос о том, что еще можно сделать по отношению к центральной для криминального жанра и триллера фигуре "возвращение на место преступления". Эта фигура нам хорошо известна из детективов, поскольку сама форма детектива позволяет заново пройти весь путь: до преступления и от преступления до возмездия. То есть детектив является возвращением, реконструкцией и воспроизведением сцены и места преступления. Загадкой является не то, вокруг чего разворачивается триллер или детектив, а фигура "удвоения через повторение". Собственной задачей жанра является непрерывная работа над способом этого возвращения и над повторением без повторного совершения преступления.

Сам интерес – конформный и стереотипный. Он показывает высокую степень зависимости обывателей от нормативного консенсуса. Интерес к криминалу, к маньякам и убийцам является досужим (развлечением), не насущным (необходимым). Он подразумевает принципиальное отсутствие связи между жизнью зрителя и криминальными сценами или биографиями, которыми он интересуется. Речь идет не о реальных событиях из жизни, скорее о том, что существует в виде образов, ярлыков и обозначений в текстах или фильмах. Это – интерес по ту сторону частных социальных обязательств, ролевых взаимодействий и идентичностей. Однако, если человек этим интересуется, и его интерес не ослабевает, значит перед ним стоит нерешенная задача, касающаяся его места по отношению к социальным правилам. Этим следует воспользоваться и всеми средствами поддерживать состояние неопределенности, желание вернуться на воображаемую сцену преступления, продолжить работать над собственными причинами тех возвращений и повторений, на которых зацикливается существование современного человека.

Стоит обратить внимание, что типология преступлений проецируется на структуру социального неравенства. Поэтому опасно делать символом криминала, например, убийство. Иначе сложится впечатление, что преступность в одних социальных стратах более распространена, чем в других. Если, предположим, представители среднего класса совершают меньше убийств, чем представители других классов, это не значит, что средний класс более лоялен к закону. Чем выше статус преступника, тем меньше у него необходимости делать грязную работу собственноручно. Так называемые "корпоративные преступления" являются не такими зрелищными, как убийства, но влекут катастрофические последствия для огромных масс людей.

Совет эксперта: "Малхолланд Драйв".

thrillers

Александр Дружинин, психолог

Спрос рождает предложение: снимается очень много картин, и об  их актуальности говорить не приходится. Люди постоянно ищут острых ощущений, какой-то "разрядки". Если жизнь монотонна и размеренна, этих ощущений хочется все больше. Известно, что ветераны, участники боевых действий, оперативные работники силовых структур, как правило, не особо интересуются триллерами. С точки зрения психологии главный мотив здесь – это безопасный "сброс" внутренней агрессии через идентификацию с персонажами фильма. Заинтересованность триллерами вовсе не говорит о нарушенном психическом здоровье. Но вот чрезмерная обсессивность чем бы то ни было – алкоголем, сексом, да хоть рыбалкой – это повод серьёзно задуматься над своим здоровьем. Лично я к этим фильмам отношусь спокойно – не противник и не фанат. Какой-то особой заинтересованности у меня нет.

Совет эксперта: "Психо", "Основной инстинкт", "Дикость", "Хостел", "Пункт назначения".

thrillers

Александр Медведев, режиссер

Кино всегда было и навсегда останется аттракционом. Зритель всегда будет ходить в кинотеатр за эмоциями и новыми ощущениями. В случае с триллерами и хоррорами – это безболезненный способ "пощекотать себе нервы", заглянуть "по ту сторону" и столкнуться с главным страхом – страхом перед неизвестностью и смертью. Отождествляя себя с героем, который оказался перед лицом смерти, мы перенимаем его опыт, ощущаем его страх. При этом мы не рискуем испытать последствия на себе – это и привлекает зрителя. Для полного понимания проблематики и философии любого фильма, необходимо рассматривать его в контексте времени. Первые хорроры отсылают нас к готической литературе и популярным в те времена циркам уродов ("Дракула", "Человек-волк", "Уродцы"), хорроры и фантастика середины ХХ века – к паранойе, связанной с "холодной войной" и угрозой ядерного удара (инопланетные захватчики и прочие похитители тел), зомби-хорроры – к повальному потребительству (зомби атакуют молл), слэшеры – к конфликту консерватизма и либерализма (девственница выживает), фильмы нового поколения – к интернет-буллингу, расовому вопросу и прочим актуальным темам.

Сами по себе жанры сегодня не так актуальны, как раньше. Это связано, в первую очередь, с желанием крупных студий максимально расширить зрительскую аудиторию. Большим игрокам не интересно вкладываться в создание и продвижение жанрового кино. А независимые компании, которые могут себе это позволить, часто начинают "доить" успешный проект до последней капли. Как например это делает Lionsgate с серией "Пила".

Многие считают, что кино обязано нести морализаторскую функцию, а хорроры, триллеры и молодежные комедии с наркотиками и сексом необходимо упразднить. Но лично я не встречал ни одного слэшера (если не брать совсем подвальные фильмы), который давал бы установку на разрушение, убийство и другие противозаконные действия. Напротив, они – об освобождении, борьбе с собственными демонами, о товариществе и сотрудничестве. Если правильно считывать посыл, можно, в принципе, продолжать существовать в социуме, не боясь за себя и окружающих. Здоровую психику не расшатают сплэттеры, а поврежденную – может даже реклама шампуня.

Совет эксперта: "Пила", "Дуэль", "Безумие", "Маньяк", "Человеческая многоножка - 2";

 

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий

Больше