Поиск

Читаем по выходным: \"Не зяблик\" Анны Наринской

Читаем по выходным: "Не зяблик" Анны Наринской

Buro 24/7/Bookmate

Текст: Buro247.kz


Книга журналиста Анны Наринской – это не только сборник ее лучших заметок о главных культурных событиях десятилетия. "Не зяблик" – своего рода критический дневник, в котором автор размышляет о времени и о себе, о том, может ли искусство что-то изменить в жизни общества, и задается вопросом, когда и почему это общество утратило способность к диалогу. Письмо Надежды Толоконниковой из колонии, "Благоволительницы" Джонатана Литтелла, дискуссии о диссидентстве и девяностых и многое другое – это то полотно, из которого соткан наш сегодняшний взгляд на мир. Автор безжалостно и точно анализирует этот взгляд и то, как он менялся. В книгу вошли статьи, опубликованные издательским домом "Коммерсантъ", и тексты, которые печатаются впервые. Книгу опубликовало издательство CORPUS, прочитать ее целиком можно на Bookmate, а мы, как всегда, публикуем отрывок

10.10.2014

Документальный фильм Мартина Скорсезе "Спор длиною в полвека"

Что получилось бы, если бы в одном треде фейсбука встретились Ноам Хомский, Джоан Дидион, Исайя Берлин, Майкл Чабон, Сьюзен Зонтаг и Колм Тойбин? Получился бы журнал The New York Review Of Books, ровно такой, какой он есть, с одним только допущением – каждый комментарий был бы длиной в пять тысяч слов минимум. То есть получился бы, кроме прочего, журнал, фильм к 50-летию которого (в сущности – просто корпоративное видео) из дружбы и, скажем так, респекта снимает Мартин Скорсезе.

Фильм называется The 50 Year Argument ("Спор длиной в полвека"), и его главная теза, само собой имеющееся в виду понимание, для сегодняшней России совершенно неактуальна, вернее, в ней не работает. Она состоит в том, что думанье, работа мысли, обмен мнениями – это все очень важные, значительные, нужные вещи.

Этот эффект достигается очень простым способом. С самого начала авторы (Скорсезе делал это кино вместе с документалистом Дэвидом Тедески) как бы по наивности задаются простецким и к тому же, кажется, успевшим надоесть вопросом: "Зачем нужны интеллектуалы?" И они не то чтобы впрямую отвечают на него (нельзя же считать ответом приведенный тут знаменитый трюизм Хомского из статьи 1967 года, напечатанной как раз в The New York Review Of Books: "Ответственность ин-теллектуала состоит в том, чтобы говорить правду и разоблачать ложь"), а делают так, что этим ответом оказывается весь фильм.

 

С самого начала авторы (Скорсезе делал это кино вместе с документалистом Дэвидом Тедески) как бы по наивности задаются простецким и к тому же, кажется, успевшим надоесть вопросом: "Зачем нужны интеллектуалы?"

 

"Споры, имевшие место на страницах этого журнала, – говорит в кадре бессменный редактор-основатель Роберт Сильверс, – сегодня получили уже статус легендарных. Эдмунд Уилсон против Владимира Набокова о литературном переводе. Эдвард Саид против Бернарда Луиса об ориентализме. Гор Видал против всех по всем вопросам".

Из этого перечисления может показаться, что конфликты здесь разгорались исключительно на общегуманитарной почве, – но это не так. В каждом выпуске The New York Review оf Books публикуются один или два общественно-политических ма-
териала, темы которых, по признанию Сильверса, всегда появляются спонтанно, по наитию. Именно так, "из воздуха", там появилась полемика Ноама Хомского и Авишая Марголита о Ближнем Востоке, переписка Гавела и Солженицына о постсоветском мире, статьи, выражающие различные мнения (и различные репортерские взгляды) по поводу "арабской весны" и движения Occupy Wall Street. 

Ханна Арендт (которая, кстати, тоже публиковалась в Review в конце шестидесятых) писала, что истину невозможно обрести в результате спора или разговора. Более того: результатом дискуссии не является выявление истины. "Обговаривание", разговор сам по себе и является результатом. Диалог не нуждается в выводах, чтобы приобрести значимость. Его значимость состоит как раз в демонстрации и шлифовке наличествующих мнений.

 

Диалог не нуждается в выводах, чтобы приобрести значимость. Его значимость состоит как раз в демонстрации и шлифовке наличествующих мнений

 

Фильм Скорсезе (как, впрочем, и само существование The New York Review оf Books) – как будто наглядное доказательство этой мысли о ценности дискуссии как таковой. Причем противной стороной может быть и участвующий в разговоре оппонент, и единомышленники (когда журнал, занимавший резко антиправительственную позицию во время войны во Вьетнаме, напечатал разоблачительную статью о жестокости пришедших к власти северян, воспринимавшихся американскими левыми однозначно как страдательная сторона, от него отказалось множество подписчиков), и общество в целом (скептицизм Review по отношению к действиям Буша-младшего после 11 сентября оказался в диссонансе с позицией практически всех медиа и всей общественности, объединившихся в милитаристско-патриотическом порыве).


Интеллектуалы нужны  если уж пытаться ответить на поставленный в фильме вопрос  не для того, чтобы изрекать истину, а для того, чтобы говорить о ней. Главная задача думающего человека, заметил недавно один из самых умных наших соотечественников,  стремиться понять, что происходит. Просто пытаться осмыслить: что происходит вокруг нас сейчас и откуда происходит то варево, в котором мы оказались. И разговор, в процессе которого происходит такое осмысление, просто фактом своего существования способен изменить общественный климат.

Интеллектуалы нужны  если уж пытаться ответить на поставленный в фильме вопрос  не для того, чтобы изрекать истину, а для того, чтобы говорить о ней 

 

И хоть нетрудно привести множество очевидных и не столь очевидных причин, почему у нас никогда, ни на бумаге, ни в Сети, не возникло подобного The New York Review оf Books  то есть уважаемой, известной и достаточно влиятельной институции, которая, в отличие от Государственной думы, была бы местом для дискуссий,  но любой российский зритель "Спора длиной в полвека" обречен на уколы зависти. 

 

Читаем по выходным: "Не зяблик" Анны Наринской (фото 1)