Поиск

Плохой контент умер, да здравствует плохой контент: почему вайнеры всех переживут

Последний островок культуры и хорошего вкуса в казахстанском медиа-потоке. Buro 24/7 сдается и машет белым флагом

Текст: Катерина Милославская

Страшная вещь – раздел "Популярное". Неважно где: Инстаграм, Youtube, "ВКонтакте". В лучшем случае там будет апдейт от семьи Кардашьян, в другом (не будем говорить "худшем", потом объясним почему) – новый вайн от Yuframe, свежий выпуск "Ирины Кайратовны", клип Ерке Есмахан или подборка фотографий с кинофестиваля "Евразия", где Венсан Кассель в роскошном бархатном чапане трепетно обнимает эстрадный букет красных роз. Если ваша работа хоть как-то связана с Интернетом, всё, что описано выше, будет преследовать вас неотступно. Мы живем в эпоху, когда не человек ищет контент, а контент непрерывно, двадцать четыре часа в сутки преследует человека и слезно умоляет его посмотреть, лайкнуть, зашерить. 

Скажем честно: мы живем еще и в эпоху плохого контента. Разве можно считать строчку "я хочу тебя и еще хочу сижку" поэзией, достойной 96 миллионов просмотров на Youtube? Как можно смотреть десятитысячный вайн про келинку, гелен, енешку и той? Лайкать очередной пост про разницу между Италией и Казахстаном? Чтобы найти качественный, смешной, интересный, непошлый контент придется перерыть десятки Телеграм-каналов, страниц в Фейсбуке и пабликов в "ВКонтакте". И это мы говорим только про русскоязычный контент. Что читает, смотрит и слушает казахоязычная аудитория?

Плохой контент умер, да здравствует плохой контент: почему вайнеры всех переживут (фото 1)

Быть интеллектуалом сегодня, так скажем, не выгодно, что тонко подметил шеф-редактор "Афиши" Филипп Вуячич. Стоит казахстанскому критику Кариму Кадырбаеву написать пост, который не начинается со слов "Бл*, ребята, это *банный п*издец", и вместо двухсот лайков он получает десять. О сегодняшней популярности Олега Борецкого и говорить не приходится. Галымжан Молданазар на раз-два проиграет соотечественнику Джа Халибу, который удобно разместился в топе скачиваний российского (!) Apple Music. Причем, у того же Кадырбаева аудитория преимущественно фейсбучная. Производителей FMCG аудитория Фейсбука интересует почти никак, за редкими исключениями. Аналогию можно провести с той же самой Ким. Аудитория одного только ее Инстаграма – 113 миллионов. Диверсифицированная аудитория ВВС (то есть – радио, телевидение, сайты) – 150 миллионов. Учитывая, что каждый день один зритель ВВС умирает от старости, в то время как новый подписчик Ким регистрируется в Инстаграме каждые полчаса, через год-полтора жена Канье имеет все шансы переплюнуть одну из крупнейших телерадиовещательных компаний в мире. Так вот, Фейсбук – это почти ВВС. После него – только "Одноклассники", а дальше – Стикс и забвение. Создавать контент, который чуть-чуть выходит за рамки очень плохих шуток про свадьбы, тои, отношения, – сегодня ужасно непривлекательно. Это говорит редактор культуры, чьи материалы про выставку читают три человека: он сам, главный редактор и галерист, который его на выставку позвал. Ну, может быть, еще 300 подписчиков в грустном Телеграм-канале. 

Тут есть проблема. Весь массовый контент априори считается плохим. Блогер Майя Акишева, которая использует слова "фраппирована" и "кляузничество" в своих постах, вряд ли когда-либо дотянет количество подписчиков до уровня Аши Матай (2.8 миллиона, на секундочку). В Инстаграме и Телеграме у первой – посты по рубрикам, красивые фотографии, каждый текст как отдельный рассказ. Социальные сети второй пестрят селфи с нехитрыми подписями "Салем!Калайсыздар?", короткими видео и фотографиями с пресс-стены. И очевидно, что одной пятой населения Казахстана интересно наблюдать именно за действиями Аши. Кто она, кстати? Сказать никто не сможет (даже в Инстаграме отсутствуют спасительные подписи "Singer, blogger, happy wife and mommy", которые хоть как-то позволяют охарактеризовать деятельность персонажа). Но за ее появление в камере крупные бренды будут готовы расставаться с миллионами тенге, и никто не сможет их осудить. 

Плохой контент умер, да здравствует плохой контент: почему вайнеры всех переживут (фото 2)

К слову о миллионах. За несколько постов в Instagram крупнейшая мировая компания готова заплатить популярной в Instagram девушке 2.5 миллиона тенге. В наше далеко "не жирное" время такая сумма – это фантастика. Чаще всего за сумму больше 1 миллиона рекламные отделы издательств несколько месяцев извиваются ужом перед рекламодателем, в то время как звезде соцсетей, скорее всего, стоило только озвучить цифру. Возникает вопрос: может ли контент, который с такой легкостью приносит столько денег, называться плохим? Если мы говорим о медиа (а сегодня все блогеры – это медиа) как о бизнесе, то хороший бизнес именно тот, что приносит деньги. Зарабатывает ли "Арзамас"? А "проект 1917"? А Clique Fest, ARTиШОК и многие другие нехайповые проекты? Наверняка, но о домике в "Луксоре" мечтать вряд ли придется. 

На самом деле, продать можно что угодно. Благо сегодняшние маркетологи и бренд-менеджеры не лаптем щи хлебают – им тоже хочется прогрессивных, современных, умных героев, которые привлекут таких же как они, жителей "золотого квадрата". Только вот сколько в условный квадрат помещается жителей? Явно не столько, чтобы можно было заинтересовать производителей чипсов, пылесосов и прокладок. А ведь именно эти бренды владеют сегодня основными бюджетами и готовы инвестировать в новые форматы. И нужен им популярный контент. Не умеешь его делать? Будь добр, уступи дорогу тем, кто умеет.  

Противостояние "интеллектуального" и "массового" контента будет всегда – можно, конечно, жонглировать аудиториями, но тут велика вероятность, что у потенциального читателя возникнет сбой в системе. Место на медиарынке есть для всех. Вопрос только в том, сколько вы хотите зарабатывать. 

Оставьте комментарий

Загрузить еще