Поиск

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме"

Интервью режиссера и актеров фильма "Дюнкерк"

Неделю назад в прокат вышел новый фильм Кристофера Нолана - "Дюнкерк". Теперь только о нем и говорят. Картина рассказывает историю эвакуации войск союзников, блокированных у города Дюнкерк. В интервью Кристофер Нолан и актеры фильма рассказывают об "интимном эпике", почему у Нолана не бывает "вырезанных сцен" и как сниматься в фильме без диалогов.

Что привлекло вас в истории про Дюнкерк?

Кристофер Нолан: Как и большинство британцев, я вырос с историей о Дюнкерке. Когда мы были детьми, нам все рассказывали упрощенно, своего рода, как сказку, мифическую версию случившегося. Около 20 лет назад я, моя жена и продюсер Эмма Томас пересекли Ла-Манш в Дюнкерк с нашим другом. У него было небольшое судно. Это было приблизительно в то же время года, что и эвакуация 1940 года.

Пересечь пролив оказалось невероятно сложной задачей. Я чувствовал себя незащищенным, а мне никто не скидывал бомб на голову, и я не плыл в место военных действий. Тогда я и начал по-настоящему уважать и восхищаться людьми, участвовавшими в операции.

Я не понимал, почему до сих пор никто не сделал об этом фильм. Как режиссер, ты всегда ищешь такие пробелы, которые необходимо заполнить.

Расскажите, как вы выбираете проекты?

Кристофер Нолан: Нужна история, которая зацепит, с которой возникнет эмоциональная связь, она должна подпитывать меня на протяжении создания фильма. Я - целеустремленный и сфокусированный человек, но очень плохо планирую следующий шаг. Я ныряю с головой и полностью концентрируюсь только на одном фильме на протяжении двух или трех лет.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 1)

Если говорить о монтаже, первая нарезка "Дюнкерка" сильно отличалась от финальной ленты?

Кристофер Нолан: Я работаю с прекрасным монтажером, его зовут Ли Смит. У нас просто нет вырезанных сцен. Например, в фильме "Бессонница" осталось две сцены, которые я все равно включил в DVD, потому что они мне нравились. Их вырезали только из-за соображений продолжительности фильма. Теперь же я пытаюсь делать это по ходу съемки. Снимать кино - тяжело, нужно сделать все, чтобы не было лишних кадров. Сейчас я стараюсь исключать лишнее еще на стадии сценария.

Это было интересное решение: вести сразу три сюжетные линии - земля, воздух и море. Что вас вдохновило сделать именно так и чего вы хотели этим добиться?

Кристофер Нолан: Я хотел добиться "субъективного сторителлинга", сохраняя последовательность и масштаб событий Дюнкерка. Фильм должен быть напряженным, интенсивным и субъективным.

Вы хотите быть с этими парнями на пляже, видеть события их глазами. С другой стороны, вам интересна общая картина, значит, нужно быть с пилотом "Спитфайера" и с людьми, плывущими помочь солдатам. Так я не позволяю аудитории отстраниться от фильма. Я не даю зрителю информацию, которой нет у самих персонажей.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 2)

Вопрос для актеров: Учитывая тот факт, что в фильме почти не было диалогов, каково было читать сценарий?

Гарри Стайлс: Фильмы Криса можно неоднократно пересматривать, и каждый раз ты открываешь для себя что-то новое. Тоже самое со сценарием "Дюнкерка". Каждый раз я замечал новые детали.

Фионн Уайтхед: Поскольку в сценарии немного диалогов, большую часть своего персонажа, его поведения мы придумывали сами, это очень интересный процесс.

Марк Райлэнс: Хорошо, когда аудиторию не нужно убеждать в том, что слова твоего персонажа - лишь изложение сценария. Даже в Шекспире нужно выкручиваться, чтобы диалог звучал нужным. В "Дюнкерке" всего этого нет. За каждым словом и ситуацией была необходимость.

Джек Лауден: Это очень лаконичный сценарий, значит, хороший. Мне нравится, что большая часть диалога - технический жаргон. Ведь военные на самом деле обожают стенографию.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 3)

Лучший совет, который вам дал Крис?

Гарри Стайлс: Крис создает вокруг тебя целый мир, это помогает не зацикливаться на одном и том же. Он всех успокаивает, на съемочной площадке появляется особенная атмосфера, и людей уже не пугает масштаб происходящего вокруг. Все кажется очень знакомым.

Фионн Уайтхед: Любой, кто считает себя фанатом Криса знает, что его персонажи не летают в облаках, они приземленные и настоящие, ты можешь им переживать. Это просто невероятно - на самом деле оказаться в этом мире и просто реагировать на сложившуюся ситуацию.

Барри Кеоган: Крис создает для тебя невероятный мир. Я прежде не снимался в кино, где над головой проносится "Спитфайер", а позади стоят боевые корабли. Когда все это происходит по-настоящему, тебе не нужно играть. Созданный Крисом мир делает все это легче.

Марк Райлэнс: Я начал доверять Крису. Он всегда чувствовал себя так, будто он с нами в кадре, даже когда он раскачивался на волнах в лодке за камерой. Ты не чувствуешь его физически, ты ощущаешь его эмоционально. Он всегда наблюдает, что происходит между актерами. Его указания очень мягкие, и не было ощущения, что тебя заставляют что-то делать. Нам нужно было лишь вложить человечности в сцену. Это настоящий подарок от режиссера.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 4)

Как вам удалось сделать все таким реалистичным?

Кристофер Нолан: Планируя воздушные сцены, мне было крайне важно поместить в камеру как можно больше всего. Нам удалось заполучить настоящие "Спитфайеры", настоящий бомбардировщик и настоящий "Хейнкель". И мы попытались расположить IMAX-камеры там, где их прежде никогда не было. Зритель должен находиться в кабине самолета вместе с пилотом. Очень много времени уделили работе с деталями, очень много планировки. Мы снимали все эти сцены на IMAX по-настоящему. Даже купили самолет "Як", у которого габариты, как у "Спитфайера", но две кабины. Пока настоящий пилот управлял самолетом, мы могли снимать актера с камеры на крыле. Мы хотели показать воздух каким его прежде не видел никто.

Эмма Томас: У нас даже были настоящие корабли времен эвакуации из Дюнкерка. Воссоздать их путешествие в 1940 году помогла группа воодушевленных любителей таких судов, которые регулярно собираются, чтобы история оставалась в памяти. С их помощью мы смогли рассказать историю аутентично.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 5)

Гарри, что привлекло вас в этом проекте? И, Кристофер, почему вы решили выбрать именно Гарри?

Гарри Стайлс: Когда я узнал, что Крис снимает фильм, первая реакция была: "Я хочу его посмотреть!". Но как только появилась такая возможность, то, конечно, я захотел стать его частью.

Кристофер Нолан: Моя работа - видеть потенциал в людях. Неважно говорим мы о тех, кто не снимался в кино, как Фионн или Гарри, или об очень опытных актерах, таких как Марк или Кен. Тебя не должны волновать прошлые роли Марка или знаменитость Гарри. Если мы делаем свою работу хорошо, то аудитория погружается в созданный нами мир и воспринимает его независимо от внешних факторов.

Как вы сохраняли баланс между эпичным масштабом и более личными человеческими моментами?

Кристофер Нолан: Главная идея заключается в том, что я называю "интимным эпиком". Вы показываете очень личные моменты каждой нити истории, каждая из них кумулятивно складывается в картину о масштабном событии.

Вопрос актерам: насколько вы были знакомы с настоящими событиями Дюнкерка? Вы начали исследовать вопрос сразу как вас пригласили на роль?

Фионн Уайтхед: Я думаю, мы все знали о Дюнкерке, особенно в Англии, где ты узнаешь очень много о Второй мировой войне в школе, потому что это одна из фундаментальных основ нашей истории.

Мы часто говорим о "духе Дюнкерка" - это единение людей в кризисной ситуации. Работая над фильмом, было интересно узнавать все мелкие детали и слушать истории о находчивости людей.

Если говорить о фильме с точки зрения кинематографа, что послужило вдохновением? Для любителей кинотеатров это изменило все из-за опыта IMAX. Вы продолжите работать с камерами IMAX?

Кристофер Нолан: Я работаю с IMAX более десяти лет, на каждом фильме я стараюсь максимально использовать эти камеры. При съемках "Дюнкерка" я понял - нужно погрузить аудиторию и создать то, что я называю "киноопытом". Для этого IMAX - лучший формат. Конечно, с ним появляются свои трудности, но я думаю, что все это стоит конечного продукта. Если же говорить о креативном вдохновении, то мы смотрели фильмы, которые постоянно держат в напряжении. Мне кажется, это один из самых зрелищных видов кино - настоящая кинематография. Фильмы Хичкока или, например, "Плата за страх" Клузо, каждый из них повлиял на "Дюнкерк" в каких-то разных аспектах. Гарри, что вы узнали от актерского состава?

Гарри Стайлс: На этой съемочной площадке я постоянно учился. Находиться со своими кумирами рядом, будучи большим фанатом, - привилегия. Я пытался получить как можно больше. Я благодарен за то, что смог в этом поучаствовать.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 6)

Эвакуация, или лучше сказать "чудо", случившееся в Дюнкерке, пробуждает в каждом нечто свое. Что оно пробудило в вас и почему вы захотели рассказать именно эту историю?

Кристофер Нолан: Дюнкерк - это история об общем героизме, не об одиночных подвигах. О том, чего мы можем достичь как коллектив, а не только как личность.

Эмма Томас: Что мне нравится в этой истории, так это смена традиционных ролей. Мы привыкли видеть в фильмах про войну героев, которые приходят всех спасти. Во время эвакуации в Дюнкерке героями стали простые люди, именно они изменили ход истории.

Кристофер Нолан: "Дюнкерк – это история об общем героизме" (фото 7)

Тикающие часы стали основной частью саундтрека. Вы использовали их в процессе съемки?

Кристофер Нолан: На съемочной площадке было и без того сложно. Но я начал планировать связь между музыкой и картинкой еще до съемок. Основа дорожки - запись звука хода моих часов. Я отдал ее композитору Хансу Циммеру, и мы начали создавать ритмичный язык взаимосвязи всего с саундтреком: как это связать с картинкой и сохранить ощущение движения на протяжении всего фильма.

Какая сцена была физически сложной или запоминающейся?

Гарри Стайлс: Мы все понимали, насколько сложными бы ни были условия, это ничто, в сравнении с Дюнкерком 1940 года. Мы сконцентрировались на нашей работе и самом фильме, так что для личного дискомфорта и жалоб просто не было места. И мы всегда знали, что Крис с нами заодно.

Кристофер Нолан: Мне неловко давать отзыв фильму, который мы сделали сами. Но есть сцена, где персонажи Марка и Тома обмениваются взглядами в ключевую минуту, этого не было в сценарии. Такие моменты - мечта любого режиссера.

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Buro247.kz

Оставьте комментарий

Загрузить еще